Как появились и развивались стейблкоины? Почему они привлекают внимание правительств и технологических корпораций? Как складываются их отношения с традиционной финансовой системой? На эти вопросы в своем новом обзоре пытается ответить аналитическая компания Messari. Bloomchain публикует перевод статьи. 

Если мы говорим о деньгах, то чаще всего имеем в виду фиатные валюты: например, доллар, евро или юань. Они связаны с властями и Центральными банками, которые заботятся о стабильности курса валют и стремятся к максимальному контролю. Однако в последнее время криптовалюты начали менять наши представления о том, какими могут или должны быть деньги. 

У цифровых валют есть ряд базовых характеристик традиционных денег. При этом они предлагают систему открытых, публичных, трансграничных и свободных от контроля платежей. У криптовалют есть много преимуществ, но нет одного очень важного — стабильности.  

В криптовалютном сообществе всегда понимали, что bitcoin предстоит пройти  спекулятивный этап развития. Некоторые из первых владельцев главной мировой криптовалюты считали, что ее волатильность — особенность, а не недостаток. Но другие видели в волатильности курса bitcoin серьезное препятствие на пути распространения криптовалют. 

Одним из вариантов решения этой проблемы стали стейблкоины — “стабильные криптовалюты”, устойчивые к колебаниям курса. Они претендуют на роль “криптовалюты для масс”, которая наконец выполнит обещание создать независимую цифровую денежную систему. 

Идея, лежащая в основе стейблкоинов, не нова. В традиционной экономике она известна как система с фиксированным обменным курсом. При такой системе курс одной валюты привязывается к стоимости другой валюты, корзины валют или другого ликвидного актива — например, нефти или золота. Благодаря фиксированному курсу правительства могут расширить свой доступ к международной торговле и получить более высокий уровень доверия кредиторов.

Жизнеспособность такой системы зависит от того, будет ли правительство поддерживать курс своей валюты в ответ на колебания спроса и предложения. Как правило, эта функция лежит на Центробанках, которые покупают или продают валюту для корректировки курса. Похожая модель легла и в основу стейблкоинов. 

В январе 2012 года американский разработчик Джей Р. Уиллет (J.R. Willet) опубликовал работу под названием “The Second Bitcoin Whitepaper”. В ней он описал способ создания новых токенов на основе блокчейна bitcoin. 

Протокол-надстройка получил название Mastercoin. По идее автора, он должен был позволить конечным пользователям создавать собственную криптовалюту с фиксированным курсом благодаря привязке к другой валюте или товару. Через год Уиллет провел первый токенсейл и собрал $500 тыс. для запуска своего проекта. В ноябре 2014 года на основе этого протокола была запущена криптовалюта Realcoin, сейчас известная как Tether. Он стал первым стейблкоином, стоимость которого была привязана к фиатным деньгам. 

Модель, по которой работают такие стейблкоины, проста. Каждый токен соответствует единице фиатной валюты (или актива). Средства хранятся у третьей стороны — например, в банке. За каждый доллар, депонированный на банковском счете, пользователь получает токен как подтверждение права на этот доллар. В любой момент пользователь может выкупить свои доллары обратно. 

Слабое место стейблкоинов с привязкой к фиатным валютам — потребность в посреднике, который должен принимать средства, хранить их и поддерживать курс. За это чаще всего такие стейблкоины и подвергаются критике. Tether доказал, что эти сомнения обоснованы. 

В июле 2014 года, еще до появления Tether, разработчики Дэн Лаример и Чарльз Хоскинсон представили стейблкойн BitUSD, выпущенный на блокчейне BitShares. В отличие от Tether, резервным активом в их модели была не фиатная валюта, а непосредственно токены BitShares. Сложности с поддержкой стабильности монеты и ограниченная масштабируемость блокчейна привели к тому, что цена токена сильно упала — до $0,69 к концу ноября 2019 года. 

В октябре 2014 года Роберт Сэмс представил новую модель стейблкоинов, не имеющую привязки ни к фиатным, ни к цифровым активам — Seigniorage Shares. Поддерживать стабильность курса в этой концепции предлагается с помощью динамического увеличения и сокращения предложения токенов по мере изменения спроса.

Если цена такого стейблкоина выше необходимого уровня, эмитент выпускает на рынок дополнительные токены, если ниже — выкупает их. Регулирование происходит автоматически, с помощью смарт-контрактов. Владельцы стейблкоинов при этом получают Seigniorage Shares — своего рода акции, которые дают право на долю прибыли эмитента.

Несмотря на свою инновационность, такая модель несет серьезные риски. Они уязвимы к падению рынка и нуждаются в стабильном спросе. Низкая активность владельцев токенов может привести к гибели системы из-за дисбаланса спроса и предложения.

Первый стейблкоин, работающий по такой модели — NuBits, — дважды с момента запуска в сентябре 2014 года терпел крах. В первый раз это произошло после резкого скачка стоимости bitcoin, для покупки которого держатели NuBits массово распродавали свои токены. Причиной второго падения стало отсутствие достаточных резервов, которые позволили бы справиться со снижением спроса. 

Несмотря на ряд неудач, эти ранние эксперименты со стейблкоинами привели к созданию трех базовых моделей, которые существуют до сих пор. Это стейблкоины с привязкой к фиатным валютам, стейблкоины с привязкой к цифровым активам и необеспеченные стейблкоины. 

Сегодня самый успешный стейблкоин — это Tether. С рыночной капитализацией в $4,2 млрд и высокой ликвидностью он ускорил развитие криптовалютной экосистемы, сумев не потерять свою привязку к курсу доллара. 

Читайте также: как разобраться в стейблкоинах

Простая модель обеспечения фиатом в сочетании с хорошими отношениями с Bitfinex и другими крупными криптобиржами способствовала росту популярности Tether среди криптотрейдеров. Именно этот стейблкоин использовали в качестве стабильной альтернативы волатильным криптовалютам во время “бычьего” ралли криптовалют в 2017 году. 

Успех Tether привел к тому, что с начала 2017 года были запущены 134 новых стейблкоина. Разработчики этих проектов привлекли для их создания несколько миллиардов долларов. 

Стейблкоины привлекли внимание крупных игроков рынка. Свои “стабильные” токены запустили криптобиржи Coinbase, Gemini и Binance. Не остались в стороне и представители традиционного рынка: например, инвестбанк  J.P. Morgan и технологическая корпорация Facebook. Сегодня ближайший конкурент Tether — стейблкоин USDC, совместный проект Coinbase и компании Circle. Однако он серьезно отстается — его капитализация составляет меньше четверти капитализации Tether.

Стейблкоины, обеспеченные фиатом, позволяют решать некоторые серьезные проблемы. К примеру, с их помощью брокеры могут открывать и закрывать позиции на биржах без участия банков. Людям, чья профессиональная деятельность не связана с финансовым рынком, такие стейблкоины могут помочь защитить активы. 

Однако ни одно из этих решений не избавлено от необходимости взаимодействовать с традиционными игроками рынка: в частности, банками и платежными системами. Это влечет за собой риск блокировок транзакций как на уровне отдельных пользователей, так и целых платформ.

На этом фоне появилось новое поколение стейблкоинов, наиболее успешным представителем которого стал MakerDAO. Этот проект использует в качестве обеспечения Ethereum. Maker позволяет пользователям отправлять некоторое количество ETH в смарт-контракты, тем самым создавая новые токены под названием DAI. Последние, в свою очередь, уже привязаны к доллару.

Сейчас в смарт-контрактах, поддерживающих DAI, скопилось уже более $300 млн — это делает экосистему MakerDAO одной из наиболее важных составляющих экосистемы децентрализованных финансов (DeFi). 

То, что новые блокчейн-проекты привлекают миллиарды долларов, не могло остаться без внимания мировых властей. Так, американское правительство обсуждает вопрос о создании цифрового доллара. Власти разных стран рассматривают варианты разработки цифровой валюты центральных банков (CBDC).

О выходе на рынок цифровых активов заявила и одна из главных технологических компаний мира — Facebook. Недавно компания сообщила о запуске собственной криптовалюты Libra. Она представляет собой новую модель стейблкоина, обеспеченного фиатом. 

Согласно whitepaper проекта, Libra будет привязана к корзине фиатных валют и государственных ценных бумаг. Предполагается, что новая криптовалюта будет работать на специально разработанном блокчейне, а ее развитием займется специальная ассоциация, в которую войдут более 100 организаций. Можно не обращать внимание на миллионы пользователей криптовалют. Но когда в дело вступает корпорация, у которой есть два с половиной миллиарда пользователей, ситуация принимает иной оборот. 

Читайте также: противостояние Libra и цифрового юаня

Впрочем, у Libra есть и конкуренты. В августе этого года Китай объявил, что он близок к запуску своей национальной цифровой валюты. Она будет выпущена Народным банком и распространяться через местные банки и крупные платежные сервисы — например Alibaba и Tencent.

Всего за пять лет мы прошли путь от блокчейн-экспериментов до полномасштабного сражения за будущее цифровых денег. После вступления в игру крупнейших мировых держав ставки стали еще выше.

Большинство стейблкоинов сегодня привязаны к фиатным валютам. Получается, что даже децентрализованная основа не может устранить их зависимость от национальных правительств. Поэтому они вынуждены выстраивать отношения с регуляторами и традиционными участниками рынка. 

Однако речь идет уже не просто о цифровых деньгах, а о цифровом суверенитете в целом. В стейблкоины уже вложены миллиарды долларов. И для традиционной финансовой индустрии они могут стать не компромиссом, а троянским конем.

Запись Эволюция стейблкоинов: от Mastercoin до Libra впервые появилась Bloomchain.

Bitcoin price in Telegram @btc_price_every_hour

348 +